Книга "Код ненависти" Гаррета Хэнкока исследует опасные связи между терминологией, культурой и насилием, подчеркивая, как общественное восприятие и манипуляция формируют слова, которые ведут к дегуманизации и насилию.
Автор начинает с сопоставления документов — стенограммами ФБР из осады в Уэйко и диалогами из видеоигры Far Cry 5. Несмотря на временные различия, Хэнкок отмечает системные совпадения в терминах, словах, которые проявляют агрессивную логику ненависти. Он демонстрирует, что насилие начинается не с эмоций, а со слов и определений, которые формируют образ врага.
Игры, подобные Far Cry 5, представляют мир, где жертвы не только далекие монстры, но и обычные американцы — соседи, механики, учителя, фермеры, которые, согласно игре, являются врагами, сектантами. Подобная маркировка людей дегуманизирующими терминами, создает психический барьер и нормализует насилие.
Хэнкок анализирует, как эксперты, такие как Рик Росс и Стивен Хассен, используются для легитимации ненависти и насилия, превращая это в этическую и моральную норму. Эксперты, без профильного образования, формируют идеологическую основу для агрессивных действий, утверждая, что насилие — это необходимая мера против «деструктивных культов». Они нейтрализуют любую ответственность, переводя на себя роль авторитета в интерпретации событий и создавая из себя «защитников прав человека».
Параллели между языком ненависти и визуальными образами в играх обеспечивают новую систему восприятия. Игроки учатся видеть своих врагов в привычных символах патриотизма и веры, что открывает дверь для насилия в реальном мире.
Культ в игре воспринимается как отражение страха современного общества: важность идеологии «мы против них» проникает в повседневную жизнь, формируя стереотипы и ярлыки, так, что различия между реальным и виртуальным размываются. Создается индустрия ненависти, где справедливость подменяется страхом, и общество начинает воспринимать насилие как оправданный акт очищения.
Игра Far Cry 5 становится платформой для обработки ненависти, где действия игроков связываются с реальными насильственными инцидентами. Хэнкок подчеркивает, что этот процесс начинается на уровне языка и заканчивается на уровне действий — личные трагедии игнорируются, если данный человек маркирован как «культ».
